— Да, — ответила она. Она стояла перед ним, как будто в глубоком раздумье.

— Отлично.

Он сделал маленький глоток и закашлялся. Почему она ему не сказала? Он ощущал напряжение в груди и животе, размышляя об этом.

— Я не сообщила в полицию, — сказала Аманда.

Стакан дернулся в руке Холлистера, и он выплеснул немного виски себе на ноги.

— Господи, — услышал он собственное тоненькое восклицание.

Отставив стакан, Холлистер вынул из нагрудного кармана носовой платок и принялся вытирать брюки.

Аманда вдруг села рядом, хватая его за руку.

— Я сказала… — начала она.

— Да. Да, я слышал, — отозвался Холлистер дрожащим голосом. — А п-почему вы должны сообщать о чем-то полиции?

Ее пальцы напряглись, когда она развернулась, чтобы посмотреть ему в лицо, Аманда прерывисто вздохнула, отчего шелк на груди натянулся сильнее. Боже, под халатом на ней действительно ничего нет. Волны жара и холода, сменяясь, прокатывались по спине Холлистера. Он не мог отвести от нее глаз.

— Не нужно надо мной издеваться, — сказала Аманда.

— Издеваться?.. — Холлистер уставился на нее, раскрыв рот.

Ужасное рыдание заставило грудь Аманды конвульсивно содрогнуться, и она припала к нему.

— Помогите мне, — умоляла она. — Пожалуйста, помогите.

Губы Холлистера беззвучно шевелились. Он пытался отстраниться от нее, но не смог. Точно так же, как не смог отвести взгляд от расходящихся пол ее халата.

— Миссис Чаппел… — начал он придушенным голосом.

— Возьми меня, — зашептала она. — Ты убил его. Теперь тебе придется удовлетворить меня. — Она рванула на себе халат, и тяжелые белые груди выпали из выреза прямо перед его лицом. — Тебе придется!

Глаза ее бешено сверкали, сжатые зубы скалились. Холлистер ощущал на шее ее жаркое дыхание. Он дрожал от ужаса перед такой внезапной переменой. Все случилось так скоро, так скоро! Он же планировал…