Миссел смерил всадника ледяным взглядом:

– Ты забываешься, смертный! Или тебе не известен ритуал?!

Джигли колебался мгновение, а потом все же склонил голову в знак почтения:

– Прошу простить меня, Всевластный Повелитель Мироздания. Моя жизнь и мои мысли принадлежат вам.

«Так-то лучше, хотя насчет мыслей он соврал. Впрочем, возможно он не знает о Стенке в своей голове», – подумал Миссел, а вслух сказал:

– Я принимаю твою покорность, смертный, и готов оказать тебе милость, позволив отвечать на мои вопросы.

– Спасибо, хозяин.

– Не называй меня хозяином… Итак, что ты там говорил про Эрхала?

– Эрхал не тот, за кого себя выдает, – повторил джигли. Он не добавил титул «Великий», как было принято при общении с Высшим. Миссел нахмурился – всадник упорно нарушал ритуал.

– Что значит «не тот»? Не Ученик Бога? Не амечи? Не Эрхал? – вслух спросил Проклятый, сделав вид, что снова не заметил дерзости джигли.

– Он Эрхал и Ученик Бога – да. Он пришел на Ксантину восстановить культ Богов – нет. – И снова джигли опустил титул. И снова Миссел сделал вид, что не заметил этого.

– А зачем же он здесь?

– Приближается день Великой Битвы между амечи и дейвами. Но амечи не хотят драться, они слабы и знают это. Они не собираются делиться властью с вами, хозяин. Амечи сломают Ксантину и образуют свою Вселенную, без дейвов. Они не отдадут вам власть, хозяин.

Дерзость всадника переходила все границы – он заменил титул «Великий» на слово «хозяин», хотя Миссел запретил называть себя так. Проклятый поиграл желваками, но стерпел. Спросил:

– Зачем же амечи разрушают собственные Храмы?

– Чтобы отвести от себя подозрения пока идет подготовка к великому ритуалу, хозяин.

– Но если они решили покончить с Ксантиной, зачем прислали сюда Эрхала?

– Чтобы отвлечь ваше внимание, хозяин. Впрочем, Эрхал и сам не знает о своей роли. Он искренне хочет остановить Черного Чародея. Но Боги используют его, а потом уничтожат вас обоих, хозяин.