Мальчик тяжело дышал — только что он пробежал два километра по укутанному туманом лесу от лагеря экспедиции до монастыря. Конечно, он знал, что тревожить монаха, занятого медитацией, запрещено, но не хотел уезжать не попрощавшись. Раскопки в этом сезоне уже закончены, лагерь свернут. Через час, когда туман рассеется, папа даст команду садиться на коней, и экспедиция двинется на север, к Кызылу, где ждет самолет. Опаздывать было никак нельзя, и Ромка специально поднялся еще до рассвета, чтобы успеть сбегать в дацан.

— Возвращаемся в Москву!

— В Москву? — переспросил старый лама, улыбаясь. Он, казалось, совсем не рассердился на мальчика, отвлекшего его от медитации. — В Москве великий Сталин… Ай, хорошо!

— Да, — радостно подтвердил Ромка, — мой папа видел товарища Сталина, вот как я вас сейчас. Товарищ Сталин ему орден вручил…

Лама легко поднялся на ноги, подошел к мальчику.

— Скажи, твой ата нашел, что искал? Нашел алтарь Скрещенных Стрел? Ромка немного огорчился.

— Нет пока, дедушка Чимит. Папа говорит, мы копали не в том месте. Но мы вернемся на следующий год и обязательно отыщем алтарь, вот увидите!

— Кто знает, что будет с нами нынче вечером, мальчик? — лама положил на плечо Ромки свою тонкую, легкую руку. — Храм Скрещенных Стрел построили за много веков до того, как в далекой Индии родился царевич Гаутама. Когда мои прадеды приняли учение Большой Колесницы, он был уже очень древним. Быть может, его алтарь скрыт так глубоко под землей, что человек не в силах найти его.

— Эх, дедушка, — засмеялся Ромка, — вы просто моего папу не знаете! Я еще совсем маленький был, когда он сокровища хорезмшаха нашел! Найдет и ваш алтарь.

— Сердце Мира дороже всех сокровищ на свете, — тихонько засмеялся старый настоятель. — В давние времена владыки Калапы поместили его в самый центр Вселенной, через который проходит небесная ось. Они высекли на нем две скрещенные стрелы. Одна стрела — Свет, другая — Тьма. Две великие силы держат мир в равновесии, и ни одна из них не должна одолеть другую…