Я задумалась, не зная, кого из двоих выбрать себе в мужья — Пашу или Жеку, — они оба нравились мне одинаково.

— Какая тебе разница, — решила я не мучить себя выбором, — ты все равно отсюда не видишь их.

Минут двадцать мы ехали за сереньким «фордом». Потом он свернул на небольшую улицу на внешней стороне Садового кольца, здесь машин было мало, и я забеспокоилась, как бы на нас не обратили внимания.

— Не волнуйся, — успокоил меня водитель, — они уже подъезжают, там дальше тупик.

— Ты хорошо Москву знаешь.

— Десять лет таксистом отбарабанил, — гордо признался он. — Сейчас поворот направо, а дальше дорога кончается.

— Тогда останови здесь.

Он остановил машину. «Форд» уже свернул направо, как и предсказывал мой шофер. Я открыла дверцу машины.

— Знаешь что, — сказала я, — может, ты меня подождешь здесь?

— А долго?

— Если через двадцать минут не приду, можешь уезжать.

— Давай, двадцать минут подожду, но не больше, — согласился он.

Я вышла из машины и побежала к повороту, за которым скрылся серенький «форд».

За поворотом дорога, действительно, почти сразу кончалась — метров через сорок ее перегораживала бетонная бал-. ка, а дальше росли невысокие кусты и было что-то похожее на небольшую свалку.

Я быстро пошла по этой дороге, пытаясь найти между домами нужную мне машину.

Скоро я ее увидела. Она стояла у девятиэтажного кирпичного дома. И еще я успела увидеть, как в подъезд уже входили эти двое, которые мне были нужны. Правда, лично мне они были нужны не больше, чем волчице овчарки, охраняющие стадо овец.

На плече Жеки лежал тот самый холст с завернутой в него девушкой.

Что они собираются с ней делать? Нет, я бы могла что-то предположить, если бы не одна деталь, и очень немаленькая — эта мертвая девушка лежала в Сережкиной мастерской.

Я подбежала к подъезду, в котором скрылись эти двое, вошла в него. Был слышен громыхающий и скрежещущий звук движущегося лифта. Лифт был старый, такой, где двери нужно открывать самому, поэтому он так и громыхал. Сквозь крупную сетку я посмотрела в верх шахты. Лифт был уже где-то у третьего или четвертого этажа.