– Ну вот откуда ты это знаешь, Ларс?

– По себе, – отрезал Разенна. – На, возьми, – добавил он великодушно и сунул своему собеседнику бинокль.

Тот взял, испытывая откровенное недоверие. Но Разенна вовсе не был таким мерзавцем, каким казался. Он подхватил маленького демона и усадил на свои широкие плечи.

Некоторое время Тагет наблюдал за битвой молча. Он сидел на шее Ларса привычно, слегка согнув ноги в коленях и сжимая ими бока Разенны, словно тот был верховой лошадью.

– Ну, что там? – жадно спросил Разенна.

– Подожди, подожди, – бормотал Тагет, приникая к биноклю. Демон беспокойно заерзал и принялся ругаться под нос по-латыни. Ларс не выдержал и дернул его за ногу.

– Ай! – вскрикнул демон и выронил бинокль, который сильно стукнул Разенну по темени.

Этруск озверел.

– Все, – сказал он, – хватит, побаловался.

Две сильных руки схватили Тагета, подняли в воздух, сильно встряхнули, после чего аккуратно поставили на землю.

– Ла-арс! – взвыл демон, но было поздно.

– Иди, иди, – свысока произнес этруск и, морщась, потер макушку.

Тагет на всякий случай отошел в сторонку.

Скала, где они устроили свой наблюдательный пункт, стояла на границе владений Ордена и мира людей.

Миром людей был город Ахен. Раскинувшись на сопках, он амфитеатром спускался к заливу. Широкие, мощеные пестрым булыжником улицы, тонкие шпили колоколен, изысканные дворцы знати, купеческие дома, похожие на замки, – издалека заметный кораблям, Ахен был старинным нарядным городом, любо-дорого смотреть.

И даже в те годы, когда уже опускалась к горизонту его звезда, он все еще был хорош, и Маленький Народец Холмов, как и прежде, бегал на скалу подглядывать за его увлекательной жизнью.

С годами Народец все дальше уходил в леса и болота, прочь от Ахена. Истории о гномах, сильфах, об обитателях холмов забывались и не тревожили больше покоя людей. И только Орден упрямо оставался на своих землях, хотя жить так близко от человеческого племени становилось опасно. Вместе с добрыми звездами уходила доброта и из людских душ.