Витя дернулся, уронил на штаны пепел и схватил трубку на ползвонке.

- Аня? Анечка?! - радостно крикнул он в мембрану. Трубка помолчала, потом деловито спросила густым басом:

- Витя?

- Витя, - подтвердил Витек.

- Небось, кофеёк дуешь? Телик смотришь? ...И штаны на тебе банановые. Да и тапочки, небось, японские, лечебные, - пророкотала трубка. Витя невольно посмотрел вниз - тапочки действительно присутствовали, как и "бананы".

- А в чем дело? - Витя не любил, когда ему хамили, тем более, неизвестные по телефону. - Вы кто такой, собственно?

- Ага, - сказала трубка и на том конце провода шумно закашлялась.

Витя подождал и, как всегда, когда звонили чужие и не по делу, нажал кнопку определителя номера. Была у него такая хитрая электронная приставка к телефону. Очень, кстати, удобно: выслушал хулигана, потом тут же позвонил к нему и вежливо так предупредил на "первый раз". Первого раза обычно хватало.

- А я к тебе, Витя, и не по делу вовсе. И не знаешь ты меня, и я тебя, считай, тоже. Просто скучно стало, загадал я себе какого-нибудь человечка, простого, бесхитростного, и придумал тебя. И характер твой, и привычки, и телефон с номером придумал. А после взял и позвонил. Да ты не пугайся, предупредила трубка басом, - номерок мой не вычисляй своей приставкой. Не найдешь ведь. Тут такое дело - там, где я, тебя нет. А там, где ты, - меня не существует. Понял?

Витя сказал в трубку нехорошее, вовсе не печатное слово и повесил ее на место. Потом попытался разглядеть телефонный номер звонившего на своем горящем зеленью табло. Номера не было. То есть циферки присутствовали, но мерцали все одновременно, перепрыгивали друг за дружкой. И, в конце концов, высветилась какая-то ерунда, куча восьмерок, насколько всего индикаторов и хватало.