Рональд равнодушно отвернулся и снова стал разглядывать интерьер.

В зал вошел еще один посетитель. Его то Ловский и ждал. На сей раз, он был одет не на военный манер. На Дэвиде был черный костюм с кожаным пиджаком. Вместо рубашки под пиджаком белая футболка. Его самоуверенная улыбка не сползала с лица, казалось, никогда. Он снова улыбался, что выводило Рональда из себя. Так и хотелось двинуть этому блондинчику кулаком по зубам, чтобы сменил физиономию с ехидной на обиженную, для разнообразия. Но блондин продолжал демонстрировать улыбку, словно надсмехаясь над Ловским, со всеми его проблемами.

– Рад вас видеть, любезный Рональд. – произнес Дэвид, садясь за столик, прямо напротив своего собеседника. – Разлука оказалась недолгой. Верно?

– Ну, – кивнул Ловский.

Странное дело. Когда Дэвид со своей какой-то фирменной интонацией произносил слово 'любезный', его неприятие этим блондином тут же на время растворялось. Причем Дэвид словно чувствовал, когда подходит пик агрессивности собеседника и, за доли секунды до этого пика, умело вставлял данное вежливое слово и срывал у Ловского возможный выброс энергии, от чего Рональд начинал чувствовать слабость и покорность.

– Я с нетерпением ждал вашего звонка. Вы все-таки решили поговорить со мной? – тон Дэвида стал вдруг дружелюбным и располагающим к откровенному разговору.

У Рональда ком к горлу подступил, так хотелось выговориться и ощутить понимание.

– Вы женаты, любезный Дэвид? – Пробормотал Ловский, машинально повторив фирменное словцо блондина и глядя мимо своего собеседника.

Дэвид придвинулся ближе и заговорщицким тоном произнес:

– Скажите Рональд, если бы я был женат, то разве выглядел бы я настолько безмятежно счастливым?

Услышав это, Ловский вдруг расхохотался. А Дэвид тем временем добавил:

– Еще Генри Льюис Менкен говорил: – 'Холостяки знают женщин лучше, чем женатые; в противном случае они бы тоже женились'. Или:- 'Наихудшее в браке то, что он позволяет женщине поверить, будто всех мужчин так же легко одурачить'.