– Приведи его сюда, и я посмотрю, – сказал Маккой.

– Ты хочешь сказать, что это возможно? – спросил Кирк, отдав по интеркому соответствующее распоряжение.

– Зависит от глубины его привязанности. Некоторые браки держатся лишь в силу рутины. Надо будет посмотреть, что покажет энцефаллограф.

– Ты начинаешь говорить, как Спок.

– Будешь обзываться – обижусь и уйду.

Кирк усмехнулся, но усмешка почти сразу же угасла.

– Если его привязанность глубока, плохо дело. Он из тех, кто отдаёт себя полностью. Вспомни его вчерашнюю попытку к бегству.

Спок вошёл вместе с пленным – после попытки к бегству Кристофера нельзя было называть по-другому.

– Капитан, – войдя, тотчас заговорил вулканец, – не знаю, что задумал доктор Маккой, но думаю, что это совершенно бесполезно; у меня есть новая информация. Я нашёл ошибку в своих подсчётах.

– Вот это, – сухо сказал Маккой, – действительно исторический момент.

– Я обнаружил, – оставив его слова без внимания, продолжал Спок, – что мы всё-таки обязаны вернуть капитана Кристофера на Землю.

– Вы же сказали, что я не внёс никакого существенного вклада, – хмуро произнёс Кристофер.

– Я говорил об историческом вкладе. Я не проверил вклада в наследственность, что было серьёзным просчётом. Проверяя этот аспект, я обнаружил, что Ваш сын, полковник Шон Джеффри Кристофер, первым совершил… совершит полёт с Земли на Титан – что, несомненно, важное историческое событие. Если капитан Кристофер не будет возвращён на Землю, не будет и никакого полковника Кристофера, чтобы отправиться на спутник Сатурна, ибо мальчик ещё не родился.

Лицо Кристофера расплылось в улыбке, придавшей ему сходство с хэллоуинской тыквой.

– Мальчик, – не к кому не обращаясь, сказал он. – У меня будет сын.