— Что такое?! — Мелисса вздрогнула. — Ты двери не закрыла?

— Закрыла, — Ажирра проглотила непрожеванный кусок, встала и проверила дверь. Та была заперта на массивный засов, а окон в спальне не имелось.

— Ты что-нибудь чувствуешь? — имперка передернула плечиками и вскочила, голова ее, как цветок за солнцем, повернулась в темный угол за кроватями. Аррайда ничего не чувствовала, но вытерла о штаны жирные руки, нахлобучила шлем и взяла клеймору. Ажирра же зашипела, шерсть на голове встала дыбом, хвост судорожно колотил по бокам. Взмах лапой — и трепетный огонек побежал в тот угол, куда смотрела Мелисса, выхватывая из полутьмы то столб кровати, то угол подушки, то…

Девушки хором выдохнули: в углу за кроватью стоял, покачиваясь, данмер — совершенно голый, исключая обмотавшее бедра полотенце — высокий, мускулистый. Взвешивал на руке деревянную, окованную железом дубину. Вот только лица под лысым черепом не было — так, клубящаяся чернота. Магички замерли. А незнакомец, все так же пошатываясь, неожиданно быстро шагнул вперед, вытягивая руки, будто играл в "Слепого кота":

— Хозяи-ин… где ты, хозя-и-ин… я устал… позволь отдохну-уть…

Мелисса заорала: "Мама!" Ажирра запнулась и шлепнулась на скамью. И лишь Аррайда, ничего ровным счетом не понимая, выставила клеймору перед собой. Безликий среагировал однозначно: скользнув вдоль клинка, попытался достать девушку-редгарда дубиной по голове. Аррайда заорала не хуже Мелиссы и опустила клеймору на врага, как опускают топор на сук. Клеймора отсекла безликому левую руку, крови не было! И он лишь пошатнулся и прыжком оказался в опасной близости от редгардки. Ей пришлось отступать, кроме того, мебель мешала как следует замахнуться. Но тут опомнилась Ажирра и с диким мявом огрела нападающего цветочным горшком по голове. Мелисса же, продолжая визжать, запустила в безликую харю огненный шар. Нападающий, воя, закрутился на месте. Аррайда рубанула, не раздумывая, и серая голова полетела под кровать, а тело упало, сложившись пополам и стукнув дубиной о каменный пол.