— Они не понимают. Может быть, у них нет зрения?

Водитель включил микрофон. Теперь все, что он говорил, раздавалось из небольшого репродуктора на шлеме. Он произносил несколько фраз с определенным чередованием звуков, повторял их, потом говорил другие фразы и снова повторял их.

Конусы молчаливо покачивались на другом берегу ручья…

— У них может не оказаться органов слуха, — сказал Ким и подумал: «Если, например, они ощущают мир как гаммы излучений, то могут принять нас за неизвестных животных или за машины своих врагов. Возможно даже, что мы чем-то опасны для них. Какие-нибудь наши биоволны вредно действуют на них. Тогда они захотят уничтожить нас. Как же показать им, кто мы такие?»

Он попробовал послать радиосигналы, но странные существа не отвечали. Может быть, они не принимали волн такой длины.

«Они или те, кто их послал, могут познавать мир и общаться с помощью органов, которых у нас нет, например химических анализаторов или же уловителей кагоих-то особых волн, — напряженно соображал Роберт, — Но как бы то ни было, они должны убедиться, что мы способны изменять мир. Тогда они поймут, что мы не животные».

Он посоветовался с другими и вытянул руку с пистолетом в направлении темной скалы- Узкий пучок ослепительно белых лучей вырвался из ствола пистолета — и скала превратилась в облако пара.

В то же мгновение руки землян словно окаменели; с трудом можно было сжать и разжать пальцы. Покалывания в висках стали болезненными.

«Это их реакция, — понял Водитель. — Они принимают меры, чтобы мы не могли причинить им вреда».

— Неразумный поступок,- резко сказал Ким. — А если эта скала — их памятник?

— Мы ничего не доказали. Здесь могут водиться животные с реактивными органами. Кроме того, то же самое способны проделать машины, — высказал свое предположение Вадим.