Между учеными часто возникали опоры.

— Сколько лет этой рыбе? — спрашивал профессор у своего коллеги. Двести? Пятьсот? Посмотрите, какая силища, как рвется из сети! И вот я, человек, гомо, царь природы, распоряжаюсь ее жизнью, а сам живу в десятки раз меньше. Разве это не чудовищный парадокс?

— Что ж, ничего удивительного, — спокойнo замечал другой ученый, особенности строения рыб, исключительно благоприятная среда. Ведь рыбы, очевидно, используют как источник энергии не только солнечный свет и органические соединения, но и энергию волн.

Он опутал рыбу приводами, идущими от прибора, и, глядя на шкалу, проговорил:

— Все же и ваша «могучая» рыба стареет. По внешнему виду этого не скажешь, но ее электрический заряд уже в четыре раза меньше, чем у молодой. А ведь электрическая нейтральность живого организма и смерть — одно и то же. В конце концов, в основе жизни — обмен энергии. Только овладев этим процессом, человек обретет настоящее могущество и сможет бесконечно продлевать свою жизнь.

Через полторы недели, закончив работы, экспедиция покинула бухту Молчания. «Поиск» направлялся в родной порт.

Вадим смотрел на высокую, устремленную вперед фигуру капитана и терялся в догадках.

Однажды он не выдержал и спросил его:

— Вы так-таки не узнали меня?

Чумак покачал головой.

— Оставим этот разговор до Одессы, — сказал он. — Там я вам все объясню.

В порту экспедицию встречал сам начальник управления пароходства. Рядом с ним стояло несколько людей в штатских костюмах. Как только опустили трап и капитан сошел на берег, они окружили его, расспрашивали, куда-то увели. Чумак вернулся через несколько часов. Вадим терпеливо ждал. Он не напоминал капитану о его обещании, но Чумак сам помнил о нем.

Он пригласил Вадима пройтись с мим. У трехэтажного белого здания они остановились, сели на низкую скамейку.

— Внимательно присмотритесь к людям, которые входят в этот дом, сказал Чумак.. — Постарайтесь запомнить их лица.