Марина видела обострившиеся скулы Юрия и все понимала. Пыталась шутить, чтобы подбодрить его;

— Ну вот, исполнилась твоя мечта, Я — в опaсноcти.

Он вспомнил скамейку в московском парке. Рука девушки лежала в его руке, и ему ничего не хотелось, только чтобы это длилось вечно, чтобы чувствовать, как бьется ниточка пульса, чтобы знать, что рядом она, доверившаяся просто и навсегда. Он сказал тогда:

— Иногда мне хочется, чтобы ты попала в опасность… Понимаешь?

— Понимаю. Тогда бы ты спас меня, — улыбнулась она.

Это было недавно — восемь месяцев тому назад, и очень давно — когда она была здорова.

И еще он вспомнил, как тревожилась ее мать на аэродроме;

— Берегите Марину, Юра, и сами поберегитесь. Ведь «акула» — это, наверное, очень опасно.

Он улыбнулся тогда успокаивающе и с видом превосходства: «акула» казалась ему совсем не такой страшной,

«Акула»… Она вспыхнула в Афганистане и, как смерч, ворвалась в Иран, превращая целые районы в госпитали и больницы. Она была страшней чумы. Все заболевшие умирали.

Походные госпитали и научно-исследовательские станции вырастала на пути эпидемии, как бастионы,

Было замечено, что после фильтрования — причем применялись фильтры с широкими порами — зараженная среда становилась неопасной. Значит, возбудитель — микроб, и, значит, он во много раз больше вирусов, которые так малы, что не задерживаются фильтрами. Но даже при увеличении в сотни тысяч раз, при котором ясно различались вирусы, возбудителя «акулы» обнаружить не удалось.

Коварного врага тщетно искали бессонные глаза микроскопов. Газеты тревожно заговорили о загадке «акулы». Это была страшная загадка — она стоила жизни многим тысячам людей.