Виктор подумал, что он уже слышал подобную фразу где-то или читал. Впрочем, это могло быть и дежа вю.

— Почти точно. Только женщину я так и не встретил, а документов и денег лишился случайно и никого в том не виню.

— Не переживайте ни из-за того, ни из-за другого. Такие истории случаются часто в самом различном возрасте. Что же можно вам посоветовать? А, вот что: вы когда-нибудь пробовали писать? Я имею в виду — газетные статьи, заметки?

— Да, доводилось.

— Тогда могу подвезти прямо к местной редакции на бывшей Елецкой. Там за мануфактуру пера платят наличными людям с улицы — в смысле, не спрашивая документов. Если внушите доверие редактору, то сможете договориться и об авансе. Это утренняя ежедневка, редакция без выходных работает, причем допоздна. А на ночлег — в вашем положении лучше не в гостиницу, а дам я вам адресочек, где одна знакомая сдает койку недорого.

Штабс-капитан послюнявил химический карандаш и черкнул в отрывном блокноте, отдав листок Виктору.

— Это на Мценской, знаете, за Красной дорожкой, то-бишь, Церковной, к Литейному. Нарисовать, как добираться?

— Спасибо, я представляю.

"Мценская — это бывшая Джугашвили… тьфу, 22 Съезда. А Красная дорожка — III Интернационала"

— Там чисто, тихо, полиция не нагрянет.

— А это как — не нагрянет? Вдруг грабители залезут и что, не вызовут полицию, что ли?

Штабс-капитан вдруг как-то по-детски непринужденно рассмеялся.

— Право, вы точно жили немного в другом мире. В столице или за рубежом. Я имею в виду, что по подозрительным квартирам полиция иногда устраивает обыски — искать подрывную литературу, или тех, кто в розыске и тому подобное. У этой хозяйки вас среди ночи не подымут. А полезут грабители — зовите соседей.