— Тут я не готов вам ответить, Александр Иваныч. Нужен следственный эксперимент. Проверим. А сейчас, если позволите, я хотел бы о другом сказать. Шофер принял яд. Очень сильный. Во всяком случае, сознание он потерял в течение пяти минут. Так утверждает наш доктор. — Дымба кивнул на Купченко. — Сердце у мужика здоровым было, вот он и протянул еще около сорока минут. После принятия яда человек теряет сознание, а потом умирает. Вряд ли он способен убрать за собой следы. Однако в кабине ничего нет. Я осмотрел все вокруг и даже до шоссе прошел, очень внимательно изучил кабину «КамАЗа». На половичках свежая глина того же состава, что на проселочной дороге. Значит, Дейкин выходил из машины. Но этого мало. На полу, возле сиденья пассажира, есть следы, содержащие ту же глину. Напрашивается вывод, что с Дейкиным ехал еще один человек, который впоследствии ушел. Может, он и унес остатки яда, посуду, из которой они пили и прочее. А если так, то его могли отравить, а вовсе не он сам отравился.

— Любопытная мысль, — заметил Трифонов.

В разговор вмешался Куприянов:

— Позвольте возразить.

— Конечно, — согласился хозяин кабинета.

— Начнем с того, что Дейкин — серьезный мужик, а не ханыга, и если ему протягивают стакан, когда он за рулем и едет к своей суженой, то пить он не станет. И еще. Дейкин зарабатывал хорошие деньги и ни в чем не нуждался. Когда его доставили в больницу, то карманы оказались пустыми. То есть там осталось все, кроме кошелька. А на что купить гостинцы невесте и детям? Теперь давайте вспомним, кто обнаружил труп. Бомжи со свалки. Вот вам и ответ, каким образом глина очутилась в кабине. Парня обчистили, а потом охрану вызвали.

— Резонно, — согласился Дымба. — Но один вопрос все же остается открытым. Зачем Дейкин свернул с шоссе на проселочную дорогу, ведущую в тупик. За свалкой лес.