– Выпьем?

– Мы собирались сегодня посидеть, поговорить про отчет Марстхэма. Или ты забыл?

Неужели сегодня? Ричард на мгновение остановился. Ему подумалось, что, если когда-нибудь неорганизованность сделают олимпийским видом спорта, он сможет выступать за Англию.

– Господи, извини меня, Гарри. У меня в голове полная каша. Мне сегодня нужно встретиться с Джессикой. Мы пригласили на ужин ее босса.

– Мистера Стоктона? Магната Стоктона? Того самого Стоктона?

Ричард кивнул. Они сбегали вниз по лестнице.

– Уверен, ты отлично проведешь время, – неискренне сказал Гарри. – И как поживает Тварь из Черной лагуны

– На самом деле, Гарри, Джессика из Илфорда. И она все еще свет моих очей, спасибо, что поинтересовался.

К тому времени они уже спустились в вестибюль, и Ричард метнулся к автоматическим дверям, которые – просто поразительно! – перед ним не открылись.

– Уже больше шести, мистер Мейхью, – сказал охранник мистер Фиггис. – Вы должны расписаться в книге ухода.

– Только этого мне не хватало, – пробормотал Ричард, ни к кому, в сущности, не обращаясь. – Ну честное слово.

Мистер Фиггис распространял вокруг себя слабый запах микстуры от кашля и, если верить упорным слухам, обладал энциклопедической коллекцией мягкого порно. Двери он охранял с бдительностью, граничившей с помешательством, хотя так никогда и не дождался того вечера, когда целый этаж компьютерного оборудования встал и ушел, а с ним две пальмы в горшках и эксминстерский ковер из кабинета исполнительного директора.

– Так выпивка отменяется?

– Извини, Гарри. В понедельник тебя устроит?

– Конечно. Понедельник подойдет. Увидимся в понедельник.

Мистер Фиггис изучил подписи, удостоверился, что ни компьютеров, ни пальм в горшках, ни ковров при них нет, и лишь тогда нажал на кнопку у себя под столом. Дверь скользнула в сторону.

– Ох уж эти двери, – пробормотал Ричард.

Подземный ход раздваивался и ветвился, теряясь в немыслимом лабиринте. Она сворачивала наугад: ныряла в туннели, бежала, пошатываясь и спотыкаясь.