Рон Гуларт

ЗАДЕРЖАТЬ, ДОПРОСИТЬ, ПРИГОВОРИТЬ И КАЗНИТЬ

Официантка взвизгнула. Вечно эти неприятности с человеческой прислугой! Стью Клеменс повернулся к ней, затем взглянул сквозь дымчатое оконное стекло на автостоянку, где темноволосый человек лет тридцати рухнул на колени, раскинув руки. Кримобиль молча вывернул со своего места и подъехал поближе к упавшему.

- В машине нет никого! - воскликнула официантка, роняя чашку с кофе.

Она, должно быть, недавно на этой планете; скорее всего, прилетела с одной из отсталых систем.

- Это моя машина, - сказал Клеменс, дергая рычажок подачи салфеток в столе и подавая ей одну. - На, вытри свою униформу. Это кримобиль*. Он знает, что делает.

Официантка поднесла салфетку к лицу и отвернулась. Там, на стоянке, кримобиль подобрал человека. Для верности он парализовал его и убрал на заднее сидение. Теперь - опознание и допрос.

- Он никогда не ошибается, - сказал Клеменс в спину официантке, - Я уже год как шериф территории No 23.

Кримобиль, видно, сделал задержанному укол, и тот исчез из виду. Клеменс тронул официантку за руку, вставая.

- Не надо волноваться. На Барнуме закон всегда справедлив. Извините, что вам пришлось так близко увидеть преступника.

- А позавтракал он, как нормальный человек, - сказала официантка.

- Что ж, и преступникам надо есть. - Клеменс заплатил, и она выпустила его из ресторана.

Автомобили, стоявшие возле кримобиля, разъехались. Так уж здесь повелось: попадая в беду, люди приветствовали закон, в остальное же время старались держаться от него подальше. Клеменс поморщился, глядя на сухую желтую землю за границами ресторанного оазиса. Он только что завершил расследование и теперь возвращался в Центр-23. Ехать было еще около часа; Закуривая сигарету, он направился к кримобилю.

- Говорит служба общественного оповещения, - объявил кримобиль через внешние динамики.