Одновременно с этим старые маги, уничтожившие свои места силы, слабели и умирали. В первый год их пребывания здесь каждую неделю кто-то умирал. Теперь раз в две или три недели. Магами завладело чувство обреченности и отчаяния. Влияние опытных магов, сдерживающее молодых, постоянно слабело, и маги вели себя все более сумасбродно и недисциплинированно.

Жизнь в изгнании, в тесноте замкнутого пространства в течение почти двух лет, вероятно, довела бы до конфликтов не только магов. Но их положение было гораздо более сложным. Маги плохо уживались друг с другом, и на то была серьезная причина – они являлись агентами хаоса и уничтожения. Они быстро впадали в ярость и, не задумываясь, отвечали ударом на удар. Они не были созданы для того, чтобы жить среди себе подобных, им следовало обитать среди своих жертв. Они были созданы для того, чтобы не сотрудничать с другими, а доминировать над ними. Они должны были преследовать свои собственные цели, вести свою вендетту, удовлетворять свои капризы. Программа, заложенная Тенями, постоянно подталкивала их к действиям, и, хотя маги могли сопротивляться ей, делать это с каждым днем становилось все труднее. Все больше магов доходили до состояния, в котором они могли в любой момент потерять контроль. Гален чувствовал, что очень скоро произойдет взрыв. Возможно, они смогли скрыться от всей галактики, но им не скрыться от самих себя.

Гален держался от остальных как можно дальше. Что бы ни случилось с ними, ему нельзя потерять контроль.

В огромной кухне Гален нашел оставленные кем-то мясо и хлеб для бутербродов, налил воды в чашку. Вернулся в обеденный зал, устроился на своем обычном месте – за столом у стены – и принялся быстро есть. Он предпочитал завтракать рано, а ужинать – поздно. В наиболее популярные у магов часы большой зал был заполнен народом и едой, спорами и смехом, движением и магией. Галену было необходимо спокойствие.