Это были дом и амбар фермера Джа. Фермер Джа был мертв. Родные Фа были мертвы.

Джаб нашла какой-то обгоревший кусок и зарылась в него носом. Возможно, это были останки Деса или одного из детей Джаб. Она отложила в коже Деса пять личинок, и сейчас они должны были вот-вот вылупиться.

Джаб повернулась и побрела прочь от развалин.

– Ты идешь, Гале? – вопрошала Фа кольцо. – Скоро ты придешь?

Она вытерла слезы и, хотя ее дыхание оставалось судорожным, кажется, приняла решение.

– Я пойду к фермеру Джа. Ты сможешь найти меня там.

Его руки сжались в кулаки. Ему хотелось сказать ей, чтобы она никуда не ходила, вообще не двигалась. Но он не мог с ней связаться. Зонд был предназначен передавать информацию, и не более того. К тому же, если бы он мог поговорить с ней, что бы он ей сказал? Чтобы она оставалась в своей комнате? Но она не сможет сидеть там вечно. И он не сможет прилететь и спасти ее. Он сбежал от всего. За все это время он даже ни разу не проверил, как она там.

Она выбралась через окно: она всегда предпочитала окна дверям. Когда Фа спрыгнула на землю, он мельком увидел ее широкие ступни, как обычно, голые, и заросшие тонкими белыми волосами ноги. Она замялась, а потом снова поднесла кольцо к лицу. Ветер трепал ее волосы.

– Мы пойдем. Мы пойдем вместе.

Он не хотел думать о ней, о Сууме, о своей прошлой жизни. Хотя ему было приказано вести наблюдение за тем, что происходит во Вселенной, за стенами тайного убежища, он намеренно игнорировал свой прежний дом. Он использовал задание Круга так же, как и упражнения на сосредоточение: выполняя его, он отвлекался, возводил вокруг себя стены из фактов и разнообразной информации, чтобы не думать, не вспоминать обо всем том, о чем ему не следовало думать, не следовало видеть, если он хотел сохранить контроль.