— Черт подери!

— Вот-вот! Без этого пистолета вы бы остались наедине со своим умением обнимать и ласкать. А теперь, Джеймс, верните мне свой старый «Вальтер» и пойдемте на стрельбище проверять «Глок».

У Джеймса Бонда был, пожалуй, самый уникальный автомобиль в мире «Ягуар»-V12 XJS, с двухместным салоном и мощным движком. Купив его, Бонд первым делом поехал в ремонтную фирму «Мортонс» и попросил распилить автомобиль напополам вдоль и сварить заново. Причем, не только шасси с корпусом, но и двигатель!

Эта процедура стоила целое состояние, к тому же она отрицательно сказалась на технических характеристиках автомобиля, но как говорил сам Бонд, любовно поглаживая серебристый корпус: «Если бы я не сделал этого, моя тачка не была бы самой уникальной в мире…»

Пять минут нервных подергиваний ключа зажигания — и его Старая ласточка ожила. Возможно этот неприятный инцидент так повлиял на внимание Бонда, а быть может — тот напор адреналина, который он испытывал в предвкушении неизвестного, однако агент 007 не заметил, как темно-бордовый «Фиат»-Уно нырнул след за ним в гудящий поток машин и пристроился в хвост, повторяя каждый его маневр на той же скорости, что и он сам — двенадцать миль в час.

Огоньки в приборной доске не работали, а в аэропорту Хитроу, как оказалось, было запрещено курить, поэтому в салон самолета Бонд сел изрядно раздраженным и изголодавшимся по никотину.

Наконец он услышал возрастающее крещендо мощных двигателей «Роллс-Ройс», которые понесли «Фоккер» по взлетной полосе, и самолет вскоре взлетел, однако табличка «не курить» продолжала гореть. Бонд заметил это, когда уже было поднес ко рту одну из своих особых сигарет «Морланд» (с тремя золотыми колечками). Возмущенный, он вызвал стюардессу.

— Сожалею, сэр, — ответила она. — Со вчерашнего дня КЛМ ведет анти-никотиновую политику.