– Но как повлияло его видение на переименование города? – спросила Елизавета Андреевна. – Неужели большевики решили таким образом высмеять религиозные предрассудки?

– Не само видение, а события, рожденные эпидемией, дали новое имя городу, – игнорируя сарказм собеседницы, пояснил Сергей Олегович. – Когда умерших стало так много, что их не успевали хоронить, в Богоявленске встретились парламентеры от белых и красных, чтобы договориться о перемирии. Встретились на мельнице, на нейтральной земле. Неизвестно, чем бы завершились их переговоры, только ночью на них напала банда Васьки Змея.

– А кем был этот Змей? Наверняка дореволюционным беглым каторжником? – спросил Иван и процитировал строфу известной каторжанской песни:

– Похвально, молодой человек, весьма похвально… Откуда такие знания? Теперь революционного творчества в школе не преподают.

– Когда жили в Перми, то ходил в литературный кружок при университете. Так, ради интереса…

– Ванечка очень талантливый, обязательно станет писателем или журналистом! Вот только окончит школу, сразу на журфак поступит! – Елизавета Андреевна нервно поправила чашки на столе. – Может, еще чайку?

– Не откажусь. Тем более, что наш краеведческий экскурс еще не окончен, – Снегов, не дожидаясь, пока хозяйка вскипятит воду, налил себе до краев в чашку одной заварки. – Той ночью резня была страшная, полегли все, среди убитых не найден был только сам Васька Змей. Да и кто он был на самом деле, доподлинно не известно. Одни говорили, что он из заезжих нигилистов-декадентов. Другие утверждали, что под Змеем надо подразумевать местного староверского купца Горлова, ненавидящего новую Совдепию и недовольного прежней царской властью. Третьи доказывали, что под демонической личиной скрывался жандармский капитан Бусовиков, охотившийся за вывозимой белочехами царской казной, а сюда прибывший для разграбления церковных богатств…