– Я книги читать люблю. Или в коридоре с самодельной грушей боксирую… – Ваня медленно убрал со стола руку, отстраняясь от прикосновений. – В классе ко мне все относятся как к чужаку, да и я не понимаю, зачем сближаться с чужими для меня людьми? Все равно из Немирова скоро уеду. Навсегда.

– Тебе надо еще десятый класс окончить и в одиннадцатый перейти. А у тебя с учителями большие проблемы. Может, знаешь почему?

– Потому что я не хочу повторять ту чушь, которую говорят они, не хочу подчиняться дурацким правилам школьного распорядка. Знаете, – Иван пристально посмотрел в большие, по-медузьи мутноватые глаза психолога, – здесь очень странная школа. Понимаю, она с фольклорным уклоном, но зачем, вот скажите, на каждом шагу по стенам развешаны колдовские маски? Недобрые…

Елена Леонардовна пожала плечами:

– Ты просто не знаешь истории нашей школы, ее традиций, а пытаешься делать поспешные выводы и представить их как единственно верные. Теперь понимаешь, что твоя позиция в корне неверна? Не спеши с выводами, стань чуточку терпимее к чужому мнению, к другому образу жизни… Меня больше всего настораживают твои конфликты с одноклассниками. За пять месяцев учебы ты был инициатором пяти драк. Не многовато ли для самоутверждения?

– Да не хотел я драться, как вы не понимаете! В своей школе за девять лет пальцем никого не тронул, а тут… Полшколы отморозков. Разве вы сами не видите?

– Нет, Ванечка, не вижу. – Елена Леонардовна покрутила в руках маленький, похожий на елочную игрушку, серебристый шар. – Ребята у нас, конечно, разные, есть и с непростым характером. Присмотрись к ним получше, они все добрые и отзывчивые! Ты просто загнал себя в угол и боишься признать, что причиной конфликтов был сам. Доверься своим педагогам, смелее вливайся в коллектив, и мы поможем тебе, вот увидишь!

– Не нужна мне ничья помощь! Получить бы скорее аттестат и уехать отсюда… навсегда… – он снова наткнулся взглядом на непроглядную стену штор и безразлично махнул рукой.