Выдернув перо из своей шляпы, он бросил его наземь и вызвал громадную нелетающую птицу диатриму, тварь величиной футов в восемь, с большим крючковатым клювом. Мысленно приказав ей броситься в бой, он пошел следом под прикрытием ее тела, но, едва она приблизилась к сфере мрака, метнулся в сторону.
Оставалось лишь надеяться, что личи не запер дверь. И только очутившись в коридоре, Джарлакс вздохнул с облегчением.
И тогда припустил что было духу.
По желобку на красном клинке Когтя Шарона текла густая кровь горгулий. Одно из летающих чудищ, смертельно раненное, било крыльями по полу, но не сдавалось. Другое пыталось вцепиться бегущему Энтрери в голову. Он пригнулся, потом сделал кувырок, но прямо перед ним приземлилась еще одна горгулья.
Ни мгновения не медля, он бросился на нее с мечом.
Горгулья отмахнулась от клинка твердой, как камень, рукой. Убийца попытался отбросить ее плечом, вложив в толчок всю свою силу, но чудовище не шелохнулось, а сам Энтрери даже крякнул от боли. Тогда он всадил кинжал ей в пах и с глухим рычанием рванул его вверх, готовясь сразу ударить мечом. Однако в последний миг отскочил, и чудовище, преследовавшее его с воздуха, с лету врезалось в своего раненого собрата.
Энтрери обрушил Коготь Шарона на спину грузно упавшей горгулье. Та издала пронзительный визг, а первая завалилась на пол. Добивать их Энтрери не стал, поскольку сверху на него, заставив отпрянуть, слетела еще одна.
Он сделал боковой кувырок, прокатился под каким-то столом и больно ударился ногами о большой прямоугольный ящик, стоявший у самой стены. Вскочив, убийца поднял стол и отшвырнул его в сторону.
Ящик приоткрылся.
Бросив быстрый взгляд через плечо, Энтрери увидел, что изнутри на него глядит человекообразное создание, обтянутое сшитыми лоскутами кожи, гораздо более массивное, чем человек.