- Не отпускай! - молил где-то рядом Джарлакс.
Сам он поспешил спрятаться подальше от личи, бессильно махавшего руками. Казалось, будто нежить съедают какие-то серые тени, и он на глазах становился все меньше и ничтожнее.
- Ты бессилен против власти Женги! - глухо и невнятно рычал личи.
Джарлакс расхохотался было, но резко оборвал смех, видя, как судорожно дергается и бьется Энтрери. Казалось, он держится из последних сил, в любой момент его может швырнуть об стену и выбросить вон из башни. Глаза выпучены, кровь капает изо рта и из уха, рука вывернута, мышцы напряжены настолько, что, того и гляди, лопнут.
Время от времени у него вырывались глухие стоны. Лицо убийцы исказилось. Видно было, что ему пришлось напрячь всю свою волю, чтобы не выпустить волшебный череп. Иногда среди нечленораздельных стонов отчетливо слышалось «нет».
Это было противостояние. Ему бросили вызов, и он его принял. И теперь боролся.
Личи рвался и бился, словно запертый в невидимой клетке, и с каждым мгновением таял.
Башня начала дрожать. По полу и стенам расползались щели.
Джарлакс подбежал к товарищу, стараясь случайно не задеть его.
- Держись, держись, - молил и подбадривал он.
Энтрери яростно рычал и все сильнее сжимал в ладони череп. Перчатка задымилась.
Башня уже качалась. Из одной стены вывалился большой блок, и внутрь здания хлынул солнечный свет.
Личи пронзительно закричал.
- Да, да, дружище, держись, - шепотом упрашивал дроу.
Наконец, Энтрери, сжимая череп дымящейся перчаткой, вырвал его из книги и, неимоверным усилием воли повернув руку, долю секунды глядел на него.
В следующее мгновение башня у него под ногами рассыпалась.
Чья-то рука коснулась плеча убийцы.