И вот Зигфрид вернулся с Нотунгом не на свою родину, а в выжженное королевство, где не было жизни, а были лишь гниющие трупы и павший скот. Замок был пуст, и от Ксандрии не осталось и следа. И лишь Брюнгильда обратилась к нему с печальными словами, рассказав о предательстве богов, которые не хотели справедливо вознаградить подвиги Зигфрида. И герой поступил так, как и хотели боги: он взял огненного скакуна Брюнгильды и спустился сквозь недра земные в Утгард, чтобы спасти Ксандрию. Там его ждали чудовища, иллюзии и ложь, но ничто не могло обмануть Зигфрида или задержать. С помощью Нотунга король Ксантена пробил себе путь в подземный мир, и вскоре Утгард наполнился стенаниями о его безжалостности. Через несколько дней он нашел свою королеву, но обнаружил, что в этом безжалостном мире прошли годы. Годы, в течение которых Ксандрию истязали и бесчестили, и не было у нее ни надежды, ни утешения. Создания Утгарда разрушили ее тело, а затем и душу, в конце концов погасив в ней искру разума. Та, которую Зигфрид пришел освободить, стала безумной фурией, потерявшей человеческий облик. Несмотря на это, Зигфрид обнял свою возлюбленную, поднял ее на руки и вернул в ксантенский замок, который должен был бы стать их дворцом. Он провел последнюю ночь рядом с ней, а утром обнял ее столь крепко, что с ее губ сорвался последний вздох. То был долг любви, который ему суждено было исполнить.

Брюнгильда мучилась, видя, что сыну ее возлюбленного не суждено обрести покой. Бессмертные боги радовались мысли о том, что же теперь сделает Зигфрид, преданный и закаленный жизнью. Они думали, что он безжалостно уничтожит всех своих врагов.

Но в это мгновение с болью в сердце Зигфрид обрел свой собственный путь и сумел избавиться от игр богов.

Он отказался от всего.

От Ксантена, от своего меча, от мести. Зигфрид сжег тело Ксандрии и отрекся от своей судьбы. Он не хотел быть орудием богов, не хотел быть их игрушкой. А кто не ищет, тот и не сможет заблудиться.