Доктора Эппса утомлял этот разговор, у него грозило испортиться настроение и, может, даже пищеварение, потому он поспешил внести свою лепту. Отчего, к сожалению, собеседники еще более разошлись во мнениях.

- Она хорошая мать и славная женщина. Может, повстречает еще парня и выйдет замуж. Самое лучшее. Не нравятся мне такие семьи - мать-одиночка и ребенок, слишком уж они замыкаются друг на друге, и ничего путного из этого не выходит. Иногда мне кажется, - понимаю, мисс Лидделл, это звучит дико, что самое лучшее - отдавать этих малышей со дня рождения в нормальную семью.

- За ребенка несет ответственность его мать, - изрекла мисс Лидделл. Ее долг растить его и заботиться о нем.

- Все шестнадцать лет, без отцовской помощи?

- У нас действует закон об установлении отцовства, доктор Макси, мы прибегаем к его помощи, когда можем. К сожалению, Салли заупрямилась, не сказала нам фамилии отца, так что мы бессильны.

- На несколько шиллингов теперь далеко не уедешь. - Стивен Макси явно настроился продолжать эту тему. - Думаю, Салли даже не платят пособие на ребенка.

- Мы живем в христианской стране, дорогой мой брат, и расплата за грех - смерть, а не восемь шиллингов налогоплательщика.

Дебора произнесла эту фразу едва слышно, но мисс Лидделл услышала ее и поняла, что она предназначалась для нее. Миссис Макси почувствовала, что ей пора вмешаться. По крайней мере, двое из гостей полагали, что ей следовало сделать это раньше. Миссис Макси никогда ничего из-под своего контроля не выпускала.

- Я сейчас позову Салли, - сказала она, - давайте сменим тему. Рискую вызвать ваше недовольство, но хотела бы спросить вас о церковном празднике. Конечно, вам кажется, что я пригласила вас под каким-то надуманным предлогом, но мы на самом деле должны назначить дату.

Когда Салли появилась в столовой, разговор был столь скучным и мирным, что даже Кэтрин Бауэрз была довольна. На эту тему каждый мог разглагольствовать сколько заблагорассудится.