А ребятки у меня подобрались – золото, каждый двоих стоит. Но особенно повезло мне с Толяном. Он по специальности электрик, проводка и розетки как раз по его части. А если бутылку поставить – что угодно смастерит и починит. Мог бы лопатой деньги грести, да ему это неинтересно. Всем знакомым компьютерные приставки собрал, ребятню радовать – а денег не брал. Такой вот человек. «Для меня», говорит, «это искусство, а оно не продается!»

Вот как раз с Толяном у нас история и приключилась. Мы уже месяца два как в поселке вкалывали. Там же и жили, не мотаться же в город каждый день? Восемьдесят кэмэ туда, и столько же обратно… Оборудовали в детском садике себе пару комнат со всеми удобствами, Толян откуда-то телевизор приволок, настроил так, что все платные спутниковые каналы показывал. Вокруг лес, речка рядом. Не работа – сплошное удовольствие! Если бы не постоянные перебои с материалом – то кабель не подвезут, то дюбели кончатся, то еще чего-нибудь… Особая беда была с унитазами: их с самого первого дня как забыли завезти. Даже самим нужду толком не справить было… Несколько раз я этому Максиму Владимирычу звонил, ругался. Наконец обрадовали – партия сральников едет к вам, ждите. Ждать, конечно, не стали, у нас других дел по горло. Где-то к концу дня смотрим – пылит по дорожке грузовик. Открыли мы его и ахнули – стоят в деревянных коробах финские унитазы голубого фаянса, и все как один битые. И не просто там краешек отбит, а капитально расколочены, на куски. Водила глаза прячет, мычит что-то про аварию, да мне-то какая разница как он их побил? Позвонил я опять Владимирычу, говорю: так и так, нету унитазов, один бой. Владимирыч тут же шоферюгу потребовал, что-то там ему матерно высказал, потом опять меня попросил. Говорит: сгрузите этот хлам, чтоб не катать его обратно в город. Через день новая партия поступит, тогда и вам все сполна отгрузим, а заодно бой на свалку отвезем.