За остаток дня они потеряли еще четверых, почему-то все были ребятами, должно быть, сопротивляемость токсинам, источаемым красным куском мяса, у девушек была чуть повыше. Но тоже не намного, потому что, когда пришла единственная лодка, оказавшаяся поблизости - чтобы тем, кто в тылу планирует движение гравилетов, как говорят старухи, повылазило! - у них уже была и одна девица, явно не ориентирующаяся в пространстве. Ее тоже загрузили в летающую машину и отправили на "большую землю".

Кстати, сажать летающую лодку пришлось на крышу крепости. Она была для этого не очень приспособлена. Тогда, должно быть в раздражении, Ростик приказал взорвать восемь столбов верхней башенки, чтобы расчистить место для безопасной посадки. Так и сделали, благо динамитных шашек в крепости было ящика два.

И все это время они работали. Склепывая, а иногда просто связывая проволокой листы дюраля, содранные с тачек и выпрямленные мощными, плоскими, как толкушки, ступнями бакумуров, загибая вверх передний край этим импровизированным салазкам, укрепляя его какими-то распорками, посаженными на проволоку, Ростик и его ребята не прерывались ни на минуту. Все торопились, потому что понимали - находиться в Пентагоне теперь стало смертельно опасно.

Потом еще, разумеется, привели в порядок оружие, разложили на пятнадцать мешков боеприпасы, хотя у них теперь было чуть более тридцати стрелков, и в общем-то полагалось бы выдать каждому патронов под завязку, но Ростик рассчитывал, что по три мешка на волокуши будет в самый раз. А кому придется пополнять три обоймы, которые выдавались заранее, и кто умрет раньше, чем расстреляет боекомплект, - никто предсказать не мог.

В промежутке между обходами всех работающих, готовящихся к эвакуации, а точнее - к бегству, ребят и, конечно, волосатиков, Рост не раз и не два поднимался в свою комнату. Тут он подходил к карте и старательно, измеряя расстояние пальцами, словно циркулем, пытался понять - не ошибся ли он, планируя отход.