Поворачиваю голову и смотрю в упор - это все, что я сейчас могу, - и вижу, как его правое веко начинает подергиваться, будто у курицы, - он всегда не выносил моего взгляда.
- Предатель, - говорю я. - Наши с тобой рассчитаются.
Доносится приглушенное:
- Так ты же не скажешь.
- Узнают! - хриплю я, сплевывая комки кровавой слюны. - Каждый из вас, гады, получит свое!
Но думаю я уже не о них, а о тех, с кем шел на задание. Я уверен, что они выполнят его, не зря же Семен успел свалить офицера и нырнуть в лесную чащу.
- Бросайте его в балку!
- Сначала пристрелим!
Через минуту меня не станет. Слышишь, Антон Скорик, рассчитайся с предателем! Найди его, выкопай из-под земли и рассчитайся! Прощайте, друзья. Я ничего не сказал. Вспомните когда-нибудь обо мне. Пусть это будет так, как нам рассказывала на уроке Маргарита Ивановна, пусть разыщут эту балку. Прощайте, мама, сестра и вы, Маргарита Ивановна. Вы учили нас жить достойно - не становиться предателем ни за что, ни перед кем...
Черный глаз изрыгает пламя. Рушится небо. Сквозь последнюю боль, гасящую сознание, - последняя мысль, последнее удивление: "Почему не слышно выстрела?"...
...Найти Антона Скорика! Сообщить: Виктор Рожок - предатель! Скорее! Погибнут хлопцы! Я тяжело подымаюсь, помогая себе руками, мотаю головой, стряхивая остатки сна. Мне это почти удается. Почти - потому что мысль: "Найти Антона Скорика, сообщить о предателе", - остается в сознании, как глубокая заноза. Она звучит сквозь все мои размышления. На всякий случай ищу в углу записку - ее нет...
Ветки хлещут меня по лицу, окончательно возвращают к действительности. Куда бегу? Давно нет войны, партизан. Может быть, и командира разведки Скорика, и предателя Рожка давно нет в живых, и мой сон... Но сон ли это? Только ли сон?
"Мистика! - говорит во мне Скептик. - В детстве начитался чего-то щекочущего нервы, наслушался россказней бабки Матрены о всяких чудесах, потом увлекся модными теорийками о взаимопроникающих потоках времени - вот оно все в голове перемешалось да и сказалось в лесной глуши.