Тогда какой выход? Болото, сказал я себе. Главное - со стопроцентной уверенностью знать, что погребенный в трясине труп не захочет выкарабкаться оттуда для мести обидчику. Сложно? Еще бы. Но это уже сложности технические, а не нравственные.

Мысль о том, что убивать придется не какую-то постороннюю тварь, а отличного мужика Рыкова, я старательно гнал. В конце концов, эта сволочь несколько лет манипулировала мною. Нет сомнений, что низшие кровопийцы, которых я уничтожал с его подачи, были крепостными противников Рыкова в Конклаве. Вера права, холодная война среди упырей-патриархов не прекращается с начала времен. И действуют эти твари помимо прочего человеческими руками.

Я в два больших глотка допил воду и сказал:

- Хорошо, предложение принимается. Поговорим об оплате.

Вера вскинула на меня синие глаза. На лице ее появилось выражение несправедливо обиженного ребенка.

- Об оплате? - тихо сказала она. Тон был такой, что становилось совершенно ясно - мои слова стали для нее неожиданностью. Страшной, горькой неожиданностью.

Я внутренне зааплодировал. Превосходная актриса!

- Милая Верочка, имейте в виду, профессионалы задаром не работают.

- И сколько нынче берет профессионал Раскольник?

- Договоримся. Полагаю, полковничьей вдове обручальное кольцо продавать не придется. Все будет зависеть от сложности операции. Окончательный расчет произведем по факту. Но аванс пожалуйте вперед. Десять тысяч вечнозеленых единиц.

- Грабеж, - констатировала она. - Родион, ты, оказывается, и сам кровосос.

- Работа накладывает определенный отпечаток, - усмехнулся я.

- Скидки предусмотрены? - Вера нежно взяла мою кисть в свои руки.

- А то! - Я отбросил ногой столик. - Постоянным клиентам существенные.

Ближе к вечеру, хорошенько отдохнув и подкрепившись, я вновь погрузился в «УАЗ». После того как договор с Верочкой Рыковой был заключен и скреплен многими… гм… печатями (хочется верить, не иудиными), у меня появились кое-какие неотложные дела. Провернуть их следовало до наступления ночи.