- Я очень тревожусь за вас, друзья, - сказал он. - Я предложил огромную сумму денег тем, кто отправится в Закрытые Миры на поиски моего брата, и я знаю, что вы идете на это из-за денег. Но я чувствую обеспокоенность".

Он прервал свою речь, а потом твердо продолжил.

- Я долго размышлял: наверное, я подвергаю опасности жизнь многих людей ради спасения жизни одного человека, моего брата. Поэтому, подумал я, следует сказать вам... работа будет опасной и, я уверен, мистер Дайльюлло вам это разъяснил. Но если она станет чрезмерно опасной, то я не хочу, чтобы на моей совести была чья-либо смерть. Если риск будет чересчур велик, выходите из дела. Если вы вернетесь и скажите мне, что было неразумно продолжать работу, я все равно уплачу вам две трети того, что предложил.

Наемники ничего не сказали в отпет, но их отношение к магнату внезапно потеплело. Наконец, Дайльюлло сказал:

- Спасибо, мистер Эштон! Наемники легко не бросают дело. И все же, спасибо!

Когда Эштон и наемники ушли, Дайльюлло сказал Чейну:

- А ты знаешь, Эштон - славный малый. Сделанное им предложение, его беспокойство за нас заставят наемников выложиться на Альюбейне.

- Конечно, заставят, - усмехнулся Чейн. - Наверное, поэтому он и сказал им об этом.

Дайльюлло посмотрел на него с отвращением.

- Не хотел бы я мыслить категориями Звездных Волков. Не удивительно, что во всей вселенной у вас нет ни одного друга.

- А у меня есть, - парировал Чейн. - Я завел несколько друзей в районе Уэльса. Замечательные парии, отважные и веселые; они научили меня нескольким замечательным песням. Послушайте вот эту - старинную боевую песню о мужчинах Харлеха.

Он откинул назад голову и запел. Дайльюлло сморщился.

- Никогда не было ни одного уэльсца, который не воображал бы, что умеет петь. Даже если бы он был Звездным Волком.

- У этой песни чудесный мотив, - сказал Чейн. - Она достойна того, чтобы стать одной из боевых песен варновцев.