— Пойдем, парень, — сказала я, дернув инопланетянина за руку. — Давай выбираться.

Я совершенно не хотела, чтобы инопланетянина замели за наезд и бегство с места происшествия. Его нужно определить в какое-нибудь безопасное место, пока все не выяснится и пока мы не доставим его на космический корабль-носитель.

Он слабо застонал, а потом шевельнулся и приоткрыл глаза. Ноги плюхнулись в воду, и он едва не упал, но тут же оперся о мое плечо, и вдвоем мы поковыляли прочь от корабля.

Ник немного понаблюдал за нами и вернулся к нагромождению скачущих камешков. Мы называли их скачущими, но он, как ни странно, ни разу не бросил в воду ни одного, только собирал. Правда, попросил меня как-то швырнуть один. Это называется «печь блины».

У меня получилось блестяще: пятнадцать «блинчиков», не меньше, прежде чем камешек канул на дно Олентанджи. Но Ник тут же рассердился, поняв, что камешка не вернуть. Мне пришлось долго нырять, пока я не выудила другой, весьма напоминавший оригинал. Теперь мы больше «не пекли блинчики». Ник только складывал целые горы камней.

Я вытащила инопланетянина на берег, где он рухнул на мокрый песок. С другого берега доносились голоса. Гарри как раз добрался до линии деревьев. Я увидела его красно-белую школьную куртку между вьющимися растениями и невысокими кленами.

— Ник, помоги мне увести этого типа.

Ник не смотрел на меня. Но я понимала, что он слышит. Это Эрни он может одурачить, а вот я слишком хорошо его знала. И поэтому пнула в зад мокрой теннисной туфлей.

Он охнул.

— Помоги мне, — повторила я.

Вместе мы покатили инопланетянина вверх по пологому откосу и перевалили на другую сторону. Когда река поднималась высоко, вода | разделялась на два рукава и обтекала маленькую косу, где я любила рыбачить. На дальней стороне было много глубоких луж с каменистым дном, там жили крабы.