Мы вышли на площадь, остановились, пытаясь сообразить, в какую сторону двигаться дальше, как вдруг дверь одного из домов распахнулась и на улицу выбежал растрепанный парнишка лет шестнадцати. Он быстро прошел мимо, не увидев нас, потом воровато оглянулся, сунул руку в карман и швырнул что-то на землю. Вещица, от которой парень хотел избавиться, отлетела мне под ноги, я наклонился, чтобы поднять ее, но тут дверь распахнулась еще раз, и на крыльцо выскочил здоровенный детина с красным, перекошенным от ярости лицом.

— Ну-ка стой! — заорал он. — Стой, паршивец! Парнишка бросился удирать, но далеко убежать ему не удалось. Взбешенный детина догнал его в несколько прыжков, схватил за шиворот, швырнул на землю и принялся обыскивать карманы.

— А ну давай сюда! Где они у тебя?! Давай сюда, говорю!

— Пусти! — отбивался мальчишка. — Отпусти меня, недоумок!

За «недоумка» он получил несколько крепких затрещин, и еще трое человек, появившиеся на крыльце во время короткой погони, довольно загомонили.

— Правильно, Ромул, вмажь ему еще.

— Этот мерзавец нагрел меня на две сотни.

— Тащи его сюда, Ромул. Я ему от себя добавлю.

— Гэл! — Энджи схватил меня за руку. — Это нужно прекратить!

Я усмехнулся и покрутил в руках футлярчик, выброшенный мальчишкой.

— Ты меня, конечно, извини, Энджи, я бы рад вмешаться, но не могу.

Ангел взглянул на меня строго и недоверчиво. Я показал ему находку:

— Знаешь, что это такое? Опытные игроки хранят в таких коробочках игральные кости. Меченые кости. Этот милый мальчик — шулер. Видимо, он обул сих господ по полной программе, и они решили немного проучить его. Я не возражаю. В следующий раз будет умнее.