И сколько раз я объяснял упрямому ангелочку, что Атэру лучше всего превратиться обратно в демона, стать прежним Буллфером, могучим, бесстрашным, грозным Хозяином, по которому я так часто скучал, вспоминая прежние времена нашего с ним славного правления. Но Энджи не желает меня слушать, уверенный в том, что путь назад нашему другу закрыт, — дескать, проведя над собой ритуал, он выбрал дорогу к самосовершенствованию и свету. В общем, в таких дурацких спорах мы провели последние семнадцать лет, ожидая, пока Атэр подрастет и будет готов к очередной встрече с нами.

И вот однажды рано утром я услышал над собой звонкий голос Энджи:

— Гэл, просыпайся! Ты слышишь?! Пора вставать! — Я попытался отвернуться от назойливого ангела, но тот крепко вцепился в мою куртку, продолжая настойчиво трясти, — Просыпайся!

— Отстань. Еще рано.

— Но, Гэл, ты забыл, какой сегодня день!

— Да помню, помню я…

— Тогда вставай!

— Угу…

— Гэл!

— Ну сейчас… еще полчасика посплю, а потом… Рукав моей куртки неожиданно отпустили, и раздался подозрительно ласковый голосок:

— Ладно, как хочешь. Придется мне лететь одному, а ты потом как-нибудь к нам присоединишься… Когда выспишься.

— Стой! — Я резко сел, сдергивая с себя куртку, которой укрывался вместо одеяла. — Только попробуй отправиться к нему без меня!

Энджи рассмеялся, рассматривая мою недовольную, заспанную физиономию.

— Я пошутил, не сердись.

Тоже мне шуточки. Отпусти его одного, за один день сделает из парня святошу, а мне потом перевоспитывай!

— Ладно, все, проснулся… Только без завтрака я никуда не пойду!

Ангел вздохнул, но спорить не стал, помня, что у голодного, невыспавшегося демона характер в два раза хуже, чем у невыспавшегося, но сытого. Он деликатно отвернулся, достал маленькую книжечку в белом переплете и открыл ее, дожидаясь, пока я догрызу баранью ногу.