Курбатов с ужасом смотрел, как меняется лицо его шофера Ильи. Утонули в орбитах, затянулись глаза, нос расплылся по щекам, стек на губы, еще через секунду матовая поверхность, отдаленно напоминающая человеческую кожу, полностью разровнялась, превратившись в совершенно гладкий овал манекена для головных уборов. А еще через секунду она начала принимать совершенно новые очертания. Словно пузырь из кипящей каши всплыл нос с характерной утолщенной переносицей, образовались глазницы, веки, брови, сформировался рот с тонкими бледными губами, скулы чуть расширились, глаза открылись, и на Курбатова взглянула его абсолютная копия.

Он снова рефлекторно дернулся, но державшие его руки монстра обладали нечеловеческой силой.

– З-зачем это?! - потрясенно пробормотал Курбатов. - Кто вы?

– Вам все объяснят, не нужно ни о чем беспокоиться, - ответил монстр странно знакомым голосом, и лишь спустя секунду Курбатов догадался, что голос этот - его собственный. - У нас мало времени, - проговорил дубль мягко, но неуклонно двигая Курбатова в центр ванной комнаты, где на итальянском кафеле появился странно мерцающий серебристый круг. В воздухе разнесся резкий запах озона, Курбатов отчаянно рванулся, крикнул «нет!», но серебристое сияние уже объяло его, спеленало и растворило без остатка…

Феникс подождал, пока канал окончательно закроется, а потом неторопливо переоделся в приготовленный Курбатовым костюм, вышел на лестничную площадку и тщательно запер квартиру. В соответствии с прогнозом с этого момента начинался отсчет последних часов или даже минут земной жизни академика Курбатова.

Охранник топтался на тротуаре возле машины.

– Я поеду сам, - сказал Феникс, предвосхищая его вопрос. - Водитель остался в квартире, я попросил его кое-что сделать. Он закроет дверь и отдаст ключи консьержу. Вы мне тоже на сегодня не нужны, можете быть свободны.