Мне, кстати, доктор бы не помешал. Вон седьмой коренной чего-то расшалился. Но, к сожалению, сей господин, к зубным врачам имел весьма отдаленное отношение. Я б его даже скорее назвал Хирургом-садистом. Потому как по этой части, Метро слухами полниться, он был большой мастак и выдумщик.

Забота о собственной шкуре сначала незаметно, а потом целиком поглотила мое внимание. И я полностью, вру, почти полностью, выбросил из головы воспоминание о прекрасной незнакомке.

На Сухаревскую я соваться не стал. Сами понимаете почему. А ежели не очень, то я напомню. Там люди кто с ума сходит, а кто просто, ни с того ни с сего, замертво валится. Даже в боковых проходах опасно. На мозги так давит — глаза из орбит лезут. Так что путь мой лежал все по той же кольцевой, но в сторону Новослободской, до неприметного постороннему глазу прохода.

Чтобы попасть в сей тайный тоннель, нужно было зайти в одно из подсобных помещений, и отодвинуть железный шкафчик, исправно служивший всамделишным обходчикам раздевалкой. За ним в стене была выдолблена дыра (мной), ведущая в главный, обходной тоннель. Благодаря ему, я мог пробраться на Цветной бульвар.

Ну и что из того, что станция не заселена. Это ж даже лучше. В плане опасности со стороны людей. Но вот с тварями другое дело. Там иногда такие экземпляры попадаются, что только держись.

А другого выхода у меня не предвиделось. Вернее входа. Этот единственный из самых неприметных. В глубине души я надеялся, что Оберон все же не станет туда лазить, сдрейфит. Подкинув, привычным жестом, рюкзак на плече, и ощутив тяжесть находившегося там новоприобретенного оружия, я почувствовал себя значительно увереннее. И уже смелее двинул вперед.

Сначала все шло, как по маслу. Тихо, без сучка, без задоринки. Другой бы расслабился давно, успокоился. Но не я. У меня постоянно все было с точностью до наоборот. Меня такое затишье только еще больше настораживало, подначивало, заставляло, давая пинки под зад, двигаться значительно быстрее. Но до Цветного я все же добрался без приключений. А дальше ….