Ведь умные же люди, думал он, присаживаясь на скамеечку под навесом и закуривая очередную беломорину.

Казалось бы, давно пора понять, что баня — не место для деловых переговоров. Да нет ни одного фильма про отечественную мафию, в котором не было бы сцены в сауне или в бане — с водкой, бабами и разговорами о делах, — ан нет! Ну сядь ты в лодку, отплыви подальше от берега и обсуждай что угодно — ни одна собака тебя не услышит! Черта с два — лезут в эту баню, как будто на ней свет клином сошелся. Бизнесмены, мать их...

В кармане у него снова ожил телефон. Звонил, как и следовало ожидать, Багор.

— Как дела, Михеич? — спросил он.

— Как обычно, — ответил Уваров. — В полном ажуре. Ждем гостей.

— Ребята где? — поинтересовался Багор.

Михеич чуть было не ответил на этот вопрос коротко, ясно, а главное, по существу и в рифму, но вовремя поймал себя за язык и проворчал:

— Ну а ты как думаешь? Личный досмотр производят.

— Гм, — сказал Багор. — Ага. Так... Вот кобели!

Нет, ты подумай, до чего распустились!

— Вот-вот, — не стал спорить Михеич.

— Впрочем, дело молодое, — легкомысленно сказал Багор. — В общем, скажи им, что мы через десять минут выезжаем. Гости уже прибыли, так что пусть приведут себя в порядок.

— Что я им, пастух? — буркнул Михеич, но Багор уже отключился.

Михеич почесал в затылке. Оттаскивать хозяйских охранников от дармовых баб он не любил: дело, как правило, не обходилось без матюков, а то и чего-нибудь похлеще. Впрочем, существовал способ решить эту проблему без особого напряга, и Михеич без излишних колебаний прибег именно к нему.

Войдя в свою комнату, он снял со стены старенькую двустволку, выставил ее в форточку и, недолго думая, выпалил в небо из обоих стволов. Не прошло и секунды, как по лестнице затопали босые ноги, и в комнату бомбой влетел Сапог, придерживая на животе сползающие джинсы.