Однако внезапно раздавшийся голос разрушил царящее умиротворение.

«Приближается время моего освобождения».

— Вне всякого сомнения, — ответил он вслух.

«Сбросив оковы и вновь обретя тело, я воспарю ввысь… Я уничтожу…»

— Как любит говорить один из моих Гостей, тут все зависит от тебя…

«Я мечтаю о свободном полете над землей… о холодном небе… о ледяном ветре… Я так долго был в оковах…»

— У всех свои проблемы.

Вздохнув, он поднялся и, пройдя через арку, вошел в другую комнату, обставленную весьма скромно: единственный стол со свечой на нем и низкая деревянная скамья. За окном раскинулась необозримая равнина, тут и там уставленная громадными монолитами всевозможных форм. Сев на скамью, он попытался вернуться к медитации.

Бесполезно.

«Магический Камень уже поет свою песню тем, кто его ищет, привлекая их к себе…»

Он помолчал несколько мгновений, прежде чем сказать:

— В самом деле…

Поднявшись, он подошел к окну, шагнул через него и встал на песок. Легкий порыв ветра бросил горсть песка ему в щеку. У него возникло желание пройтись среди гигантских каменных глыб, дотронуться до них, посидеть в их тени, и он сделал еще шаг.

«Куда ты?»

Голос становился тише, по мере того как он удалялся от висящего в воздухе прямоугольника окна.

«Ты вернешься».

Печальный свист ветра среди монолитов странным образом успокаивал. Небо было фиолетовым. Треугольник из трех ярких звезд сиял прямо над горизонтом. Вокруг царили спокойствие и мир.

«Я помню…»

Он отошел уже довольно далеко от окна. Голос был едва слышен в движущемся воздухе.

— Что ты сказал? Ты помнишь? Что?

«Отца твоего отца… или это был отец отца твоего отца… тот, кто произнес мое имя… тот, кто заковал меня».

— И что?

«Как давно это было? Этого я не помню».

— Ты помнишь, кто ты?

«Нет, не совсем. Я не вполне осознаю свою природу. Многое утрачено».