На крыше появился полицейский в желтой футболке и наклонился, пристально глядя вниз, на дорожку. Джереми уставился на него, но тот его поначалу не заметил. А потом поглядел, прищурился, несколько раз моргнул и снова вперился в Джереми взглядом.

— Что, во имя всего...

Затем и крыша, и здание, и полицейский исчезли, сменившись коридором со стенами, выложенными темным камнем.

Воцарилась тишина.

Джереми протер глаза и снова осмотрелся. Ничего не изменилось. Он сидел в помещении, похожем на церковь или на замок. Не имея ни малейшего понятия, как сюда попал.

Он долго не двигался, ощущая странную пустоту в голове. Потом дотянулся до компьютера и начал медленно подниматься на ноги. Задница болела, но не сильно. Голову он не ушиб, это точно. Где бы он ни был, здесь очень тихо. Он прислушался. Ничего. Ни голосов, ни тяжелых шагов полицейских. Ничего.

Джереми повернулся спиной к арке и медленно двинулся по длинному темному коридору.

Королевский танцевальный зал

Шейла Янковски еще не волновалась, но была уже близка к тому. Джин опаздывал на два дня. Дозор, выставленный у Дома На Полпути, у главного портала для перехода на Землю, не обнаружил никаких его признаков. И телефон молчал. Но это большого значения не имело; никогда не знаешь, куда занесет Джина его страсть к бродяжничеству. Обычно он удовлетворял свою жажду странствий в замке. Миров для исследования в Опасном было бесконечное множество (вернее, если уж быть точным, сто сорок четыре тысячи). Земля, собственно, тоже мир, причем один из замковых миров. Так что если Джин все еще путешествует, то в пределах замка. Строго говоря.