— Странно.

— Что именно, моя дорогая?

— Повстречать Гостя, который в прошлой жизни был счастливым и преуспевающим.

— Дело в том, что я вышел на пенсию. Продал фирму и дом в Коннектикуте и перебрался в Калифорнию. Купил себе уютный домик близ Сан-Диего. Совсем уж было приготовился к тихой жизни пенсионера, и вдруг этот сердечный приступ...

— О, какой ужас!

— Ужас был в другом. Я оправился, но почувствовал себя бесконечно несчастным и одиноким. Затем однажды, когда я сидел дома и приходил в себя, то обнаружил, что в стенном шкафу, где хранились швабры, появилось дополнительное измерение, о существовании которого я никогда раньше не подозревал.

Шейла улыбнулась:

— И вы оказались в замке Опасном, как и все остальные.

— Именно. Все наши истории в принципе одинаковы. Разнообразием не блещут.

Танец закончился, и публика зааплодировала. Музыканты встали, поклонились, затем снова сели и заиграли мелодию побыстрее.

— О... — выдохнула Шейла. — Такое мне не станцевать.

Далтон посчитал по пальцам такты.

— Вроде бы девяносто восемь. Или девяносто четыре? — Он усмехнулся.

— Может, пересидим?

— Пожалуй.

— Хотите перекусить?

— Да, неплохо бы.

Покинув площадку для танцев, они присоединились к группе гостей у шведского стола. Шейла окинула взглядом потрясающий ассортимент блюд. Повара превзошли самих себя.

— Нравится вам здесь, Шейла? — спросил мужчина по имени Такстон.

— Да, очень, — ответила девушка, намазывая на крекер паштет из гусиной печени. — Вот только немного волнуюсь из-за Джина.

— Не стоит себя слишком взвинчивать. Думаю, теперь он может появиться с минуты на минуту.

— Надеюсь. Но он должен был позвонить, мы же договаривались.

— В случае чего, — заметил Далтон, — Джин сам может о себе позаботиться.

— Таких фехтовальщиков, как он, — один на полдюжины миров, — добавил Такстон. — И теннисист он тоже отменный. — Он горестно улыбнулся. — На себе испытал, можете мне поверить.