Это был универсальный колдовской заговор, облегчающий выполнение любой задачи и решение любой проблемы. Правда, успех в большой степени зависел от мастерства заклинателя. К сожалению, в колдовских делах Джин выступал исключительно в качестве любителя, но он постарался изо всех сил.

— Что, простите?.. — удивилась стюардесса, морщась, словно от внезапного приступа мигрени. Она качнула головой. — Я...

— Вы хотели сказать, что мне можно выйти, если я не задержусь и тут же вернусь на место.

Она моргнула.

— Хм... А-а... — Несколько озадаченная, девушка кивнула. — Ну да, только побыстрее.

Ощущая себя переполненным резервуаром, Джин почти побежал.

Дверь в туалет оказалась заперта. Скорее всего, во время взлетов и приземлений она блокировалась автоматически. Он толкнул ее плечом. Безрезультатно.

Черт, ладно, в конце концов, описаться — не самое большое унижение. Должно быть, он что-нибудь не то съел или выпил.

Может, снова попробовать заклинание? Хуже не будет.

Он повторил магические слова и еще раз толкнул дверь — вроде бы немного подалась. Тогда он постарался произнести те же слова нараспев, хотя чувствовал себя при этом полным идиотом. Джин знал, что он сам виноват: твердит, как попутай, эту дурацкую фразу, а ведь Шейла говорила ему, что слова сами по себе значения не имеют, они просто фокусируют энергию, а все колдовство — результат умственной работы.

«Абракатам! Кто там? Ты там!» Подействовало! Дверь со щелчком открылась, и он ввалился внутрь. Позыв пропал, как только Джин очутился за порогом, но это удивило его не больше, чем увиденное: задняя переборка кабинки отсутствовала, а изгиб фюзеляжа образовывал дверной проем необычной формы. За ним в затемненной нише стоял молодой человек в средневековом костюме. Увидев вошедшего, он низко поклонился.