Он снял рюкзак и подошел к люку. Прямо перед ним свисали провода, он отодвинул их в сторону, протиснулся внутрь и осторожно пробрался мимо перевернутой вверх дном приборной доски.

Впереди висела похожая на человеческую фигура, опутанная коконом из кабелей, ремней и каких-то трубок. Разглядев голубой с серебристым отливом скафандр и прозрачный шлем, Джин решил, что это пилот, и подобрался поближе, чтобы помочь пострадавшему.

Это была девушка, совсем молоденькая! И очень необычной внешности: с короткими, белыми, как у альбиноса, волосами и темной, бронзовой кожей, будто после отдыха на Палм-Бич. Лицо с правильными резкими чертами было привлекательным, а по мере привыкания к контрастам начинало даже казаться красивым. Девушка-пилот медленно открыла глаза.

Нет, она не альбинос. У неё были такие синие глаза, каких Джин ещё никогда не видел, и ещё с фиолетовым оттенком. Ему показалось, что в них светятся зеленые искорки. Костюм на груди у девушки был порван и запачкан кровью.

Джин не знал, что делать, и боялся навредить. И все же не мог оставить её истекать кровью. Пока он добежит до замка, пройдет не менее двадцати минут, да ещё столько же времени уйдет, пока подоспеет помощь. Лучше он как-нибудь сам осторожно распутает провода, вызволит пострадавшую и попробует оказать помощь. А когда удостоверится, что с ней все более или менее в порядке, то побежит в замок.

Он вылез из кабины, подобрал свой рюкзак и вернулся обратно, пробираясь сквозь многочисленные провода. Встал на колени и стал осторожно снимать с раненой комбинезон. Тут он заметил среди разбитых приборов аптечку первой помощи и протянул было руку, чтобы достать коробочку, как вдруг ему в подбородок уперся ствол бластера.

Джин перевел взгляд на лицо девушки. Глаза её сверкали от ярости, и она что-то сердито произнесла на языке, похожем на смесь немецкого с латынью, с примесью острых испанских словечек. Джин молчал, и летчица заговорила снова, видимо приказывая что-то сделать.