-- Уединенное место для большого дома, -- заметил я. -- Кто здесь живет?

К моему удивлению -- ведь французы его класса в наши дни отнюдь не отличаются набожностью, -- кондуктор перекрестился.

-- Кажется, -- ответил он, -- граф де Требо. Но дом всегда пустует.

-- То есть как? -- переспросил я, сбитый с толку.

-- Я кое-что об этом слышал, -- вмешался мой друг, сидевший рядом со мной. -- Так это и есть Шато Требо! О графах Требо уже сотни лет назад ходили слухи, что они принимали своих гостей в каменных мешках и подземных темницах. О теперешнем графе тоже ходят легенды. Верно ведь? -- спросил он кондуктора.

-- В деревне всегда болтают, -- неохотно признал тот. -- Вранье, конечно, но

что-то в этом есть, раз никто никогда не приезжает в Шато Требо...

Он вышел помочь водителю. Я окинул взглядом каменистую извилистую дорогу

наверху, без какой бы то ни было ограды с обеих сторон прихотливо

прокладывающую себе путь почти что через вершину одного из пиков горной гряды, которую мы должны были перевалить, чтобы попасть на Средиземноморскую равнину. Потом я снова оглянулся на замок, и ко мне пришло странное ощущение. Как будто бы ничего не изменилось в длинном ряду слепых окон, и все же, если всего лишь несколько мгновений назад я смотрел на них с туповатым и пассивным любопытством, то теперь они меня внезапно и глубоко зантриговали. Казалось, тот дух авантюризма, который в молодые годы увлекал меня в такое множество странных мест, безо всякой причины и безо всякого побуждения возродился. Я почувствовал, что видимое запустение в доме обманчиво, что широкая непривлекательная аллея, поросшая сырой травой и сорняками, -- это на самом деле та дорога, что открывается временами в жизни каждого из нас, и в дальнем конце которой сияет светильник приключения. Я встал и собрался выйти из автобуса.

-- Ты куда? -- спросил мой друг Дэнхем.

-- Хочу поговорить с водителем.