Господи, где мне спрятать пятнадцать символов, если этот вампир уже высосал из меня почти всю память?…

Полуразвалившийся лифт дотащился до следующего уровеня. Это был чердак с отчаянно скрипящими половицами, поверх которых кружилась поземка из пыли. Со стропил на меня слетела остервенелая куча старого тряпья, я едва расшвырял ее ударами метлы…

Чтобы явиться на российский узел «Бионета» и ввести код, надо, помимо всего прочего, обладать моей внешностью. Не в виртуале, а в самом нормальном реале. Внешность должна соответствовать фотографии на удостоверении и трехмерному графическому файлу, имеющемуся на моей чип-карте, а также в памяти центрального сервера.

Кстати, хакер, укравший мой образ, был в шарфе. Довольно толстый шарф был обмотан вокруг шеи, скрывая даже часть подбородка. Возможно таким образом этот тип скрывал… шрам. Да, шрам, что свидетельствует о пересадке лица – кожи вместе с соединительной тканью, которые недавно были моими. Сейчас такие операции уже вовсю практикуются в преступной среде. Контримунные препараты обеспечивают, что новое лицо приживется. Правда пониженный иммунитет станет причиной повышенной заболеваемости. Кашель и все такое. Спустя какое-то время, когда преступная операция будет успешно завершена, деньги отмыты и концы спрятаны в воду, хакер вернет себе свое собственное лицо, которое будет выращено заново из его стволовых клеток или как-нибудь еще. Иммунитет быстро придет в норму.

А я, человек без лица, буду тихо гнить в безымянной могиле. Или столь же тихо лежать на койке под вечной капельницей, с биополимерно-полисахаридной маской, кое-как прикрывающей лицевые кости…

Сверху упала доска, задела меня по плечу, подо мной тоже треснуло источенное червями дерево. Еще немного и все стало рушиться сверху и снизу. Я бежал, пытаясь опередить очередную ловушку, уловить какой-то ритм в этом распаде. Когда подо мной не осталось ни одной точки опоры, я оттолкнулся от падающего вниз столба и зацепился за проем чердачного оконца.