— Нергал с вами,— пробасил великан,— уж коли я вас признал, убивать не стану. Ты, Гарчибальд, и ты Гриб,людишки хоть и хворые, но не совсем пропащие. Да и достойный Партер, думаю, не одобрил бы нашей ссоры.

— Истинно так, почтенный Гуго,— заверил шариф, старавшийся держаться подальше от Пудолапого с его чудовищным чесночным запахом.— Чего нам ссориться, коли дело, собравшее всех под этим кровом, касается всех нас

— Волк,— сказал Гуго, набивая рот очередной порцией жареного мяса.

— Волколак,— поддакнул Пленси, принимая из рук хозяйки полную кружку.

— Проклятый оборотень, достойный уничтожения,— заключил Гарчибальд Беспалый, подозрительно глядя на бледного фермера.

— Это Баткин,— поспешил представить сробевшего боссонского земледельца шариф, перехватив взгляд барона.— Достойный фермер, чья усадьба стоит аккурат возле Волчьих Холмов. Не далее как перед вашим приходом он рассказывал о волке, появившемся на его дворе несколько дней назад...

— Пробовал осиновое древко с серебряным наконечником? — спросил Гарчибальд.

— Или лапку кролика, убитого на кладбище в полнолуние? — вставил Пленси.

— Горбуном,— добавил Беспалый.

— И непременно чтобы волосами рыжей девственницы,— уточнил барон.

— Ну, можно и не рыжей,— солидно заключил Скурато.— Но лучше рыжей.

— Нет ничего круче чеснока,— пробасил Гуго, сплевывая на стол плохо пережеванный хрящик.— Поверьте старому охотнику на волколаков.

— С каких это пор ты записался в их ряды? — осведомился Гарчибальд.

— С тех пор, как мамки стирали твои пеленки!

— Тогда объясни, Пудолапый, зачем тебе чеснок? Ты можешь задавить оборотня своей задницей!