Впрочем, ценность этого открытия была не высока. Первые четыре спутника обращались в радиационных поясах Единицы. Четыре внешних спутника имели большие периоды обращения, вследствие чего сутки на них длились по несколько месяцев. Hаиболее перспективными были пятый и шестой спутники. Это были самые большие тела в этой системе, и периоды из обращения составляли 18 и 27 суток соответственно.

"Кузнечик" ударился об атмосферу и нас как следует тряхнуло. Удар был не симметричным, корабль закувыркался.

- Включай тягу! - В панике заорала я.

- Спокойно, детка, садимся на парашютах.

- Инструкция предусматривает активную посадку!

- Плевал я на инструкцию, - флегматично, растягивая слова, ответил Ратмиров.

К вращению я привыкла, загнав страх поглубже. Стоит не смотреть на экраны и все становиться нормально. Успокоившись, я попыталась урезонить Ратмирова:

- Знаешь, я все-таки хочу дожить до пенсии. Я предпочитаю контролировать процесс посадки.

- А я предпочитаю запас топлива.

Я промолчала. В академии нас только и натаскивали на выполнение требований устава. Устав написан кровью, не раз говорили инструкторы и, это напрочь засело в моей голове, но, чуть подумав, я согласилась с Ратмировым, что запас топлива не повредит. В конце концов, это позволит сделать дополнительный перелет по планете. Ратмиров опытный десантник, хороший пилот и я доверилась ему.

Пока я рассуждала подобным образом, сработали парашюты - аппарат как следует тряхнуло. Вой ветра прекратился, и сквозь обшивку я слышала, как скрипят скобы, к которым крепится парашют. Через плечо Ратмирова я наблюдала за альтиметром, но момент посадки умудрилась прозевать. При контакте с землей "Кузнечик" еще раз подпрыгнул, прополз по наклонной плоскости метров десять и замер.