— Я продам часть акций, — сказал он.

Финансовый директор покачал головой.

— Этого делать нельзя, — терпеливо начал объяснять он. — Как только ты выставишь акции на рынок, их цена тут же катастрофически упадет. Наше существование обеспечено акциями, но, если они начнут еще больше обесцениваться, нас закроют завтра же.

— Проклятье! — вскричал исполнительный директор. — Всего шесть недель. Я не собираюсь терять свою компанию из-за вонючих шести недель. Даже за миллион баксов. Это мелочи.

— У нас нет этой мелочи.

— Должен же быть какой-то выход.

Финансовый директор ничего не ответил, но у него был такой вид, словно он сказал еще не все.

— В чем дело? — спросил исполнительный директор.

— Я слышал разговоры, — ответил тот. — Среди моих знакомых. Мне кажется, есть место, куда мы можем обратиться. Может, оно того стоит — шесть недель. Мне рассказывали про одну компанию. Знаешь, из серии «помощь в крайнем случае».

— Приличная компания?

— Судя по всему, да, — ответил финансовый директор. — Выглядит очень респектабельно. Большой офис во Всемирном торговом центре. Специализируется на подобных случаях.

Исполнительный директор мрачно уставился на монитор компьютера.

— На каких случаях?

— На подобных, — повторил финансовый директор. — Когда ты уже у самого порога родного дома, но банки слишком узколобы, чтобы это увидеть.

Исполнительный директор кивнул и окинул взглядом кабинет. Красивое место. Его кабинет находился двумя этажами выше, на углу, и был еще красивее.

— Хорошо, — согласился он. — Делай все, что нужно.

— Я не могу, — сказал финансовый директор. — Этот парень не имеет дела с клиентами ниже исполнительного директора. Тебе придется самому.

Ночь в стриптиз-баре начиналась спокойно. Середина недели, июньский вечер, слишком поздно для перелетных птиц и весенних заморозков и слишком рано для туристов, приезжающих сюда полежать на солнышке.