Вихрь машин разбился на кольца, а магистраты подняли свои стеки и прокричали единственное слово, потерявшееся в реве толпы. Люди в передних рядах упали на колени, закрывая руками глаза и воя: машины поразили их зрительные нервы.

Господин Нараян, к которому машины отнеслись с тем же почтительным уважением, что и граждане, внезапно обнаружил себя изолированным среди стонущих и плачущих граждан, лицом к лицу с рядом магистратов. Один обратился к нему, но он игнорировал этого человека.

Теперь он ясно видел корабль. Тот встал примерно в миле у дальнего конца доков, однако господину Нараяну пришлось закинуть голову назад и еще назад, чтобы увидеть границу ярусов корабля. Как если бы к окраине города причалила гора.

Новый звук прошел по толпе, как ветер проходит по полю пшеницы. господин Нараян повернулся и по далекому проблеску патрульных машин с изумлением увидел, какой громадной стала толпа. Она заполнила всю длинную площадь, а не поместившийся народ стоял на крышах домов вдоль ее периметра. Их глаза были похожи на звездное небо. Все смотрели в сторону корабля, где Дрин, стоя на грузовых салазках, поднимался, чтобы встретить команду корабля.

Господин Нараян закрепил за ушами проволочный заушины своих очков, и корабельная команда, стоявшая на вершине черного судна, вошла в четкий фокус.

Их было пятнадцать мужчин и женщин, все такие же высокие, как Ангел. Они возвышались над Дрином, когда он приглашал их экспансивными жестами. господин Нараян чуть ли не носом чуял тревогу Дрина. Ему хотелось, чтобы команда забрала Ангела и восстановила порядок. И он расскажет им, где ее найти.

Господин Нараян почувствовал укол гнева. Он повернулся и проложил себе дорогу через толпу. Когда он достиг ее неровной границы, все вокруг вдруг посмотрели вверх. Салазки Дрина спускались, унося его гостей в безопасность его плавучего жилища над дворцом из розового песчаника. Толпа хлынула вперед - и все маленькие машины вдруг упали!