- Приказ отменяю, - сказал Николай Карпович.

- Не имеешь права, - отчеканил Белый Лотос.

- Имею. Я Самый-Самый-Самый Главный и Самый-Самый-Самый Безошибочный и к тому же Величайший из Великих Несущих Бремя, - сдерживая смех, проговорил Николай Карпович.

Робот затравленно заморгал индикаторами, пытаясь оценить новую информацию, топтался в нерешительности, но ворот не открывал.

- Разве ты не слышал моих слов? - прикрикнул Николай Карпович, и Старший По Чину признался:

- Два взаимоисключающих приказа. Как поступить?..

- Ты не можешь не исполнить моего приказа. Я - человек, главный конструктор института и... твой создатель, - напомнил Николай Карпович.

- Два взаимоисключающих приказа... - бубнил свое Белый Лотос и топтался на месте. От него веяло теплом - это перегревались механизмы.

- Он сломается, - предупредил я Николая Карповича.

Конструктор достал автожетон. Узкий луч коснулся нагрудного индикатора робота, принуждая Белого Лотоса к полному подчинению.

Старший По Чину мгновенно открыл ворота, но автовозы оказались слишком широки. Пришлось идти пешком.

Дорога вела к ажурным строениям из пластмасс и стекла. Оттуда доносился равномерный гул.

Николай Карпович во главе комиссии направился к ближайшему зданию. Я протиснулся вслед за ним в дверь и был оглушен каскадом звуков. Мы попали в заводской цех. По ленте конвейера непрерывным потоком плыли детали, роботы собирали из них узлы будущих машин. Здесь трудились более сложные роботы, чем Белый Лотос и охранник. Впрочем, примитивным роботам на сборке просто не было бы места. Я присматривался к сложнейшим деталям и узлам на конвейерной ленте и сказал Николаю Карповичу:

- Сообщали, что самопрограммирующиеся роботы исчезли. Кто же придумывает все это, рассчитывает, налаживает производство?

- Еще одна загадка, - ответил он и, подмигнув мне, обратился к одному из роботов-сборщиков: