За спиной раздалось гаденькое хихиканье. Ладно их, пусть потешатся.

– Вот, нашел… Так, дюйм хвоста броуна… Полщепотки серы…

Аквидор подошел помочь и сноровисто переставлял баночки, сверяясь с книгой через мое плечо. Я был ему благодарен за молчание и скорость работы. Потому, как был так на взводе, что мог последовать взрыв от любой мелочи. Зелье приняло нужный цвет и консистенцию… Бр-р-р, довольно мерзко выглядит. Я быстро прочел заклинание, залпом выпил эту гадость и… провалился в густую, как кисель, темноту.

Открыв глаза, я увидел перед собой круг сочувственных лиц.

– И чего вы все с такими минами на меня уставились? - Из моего горла вытекали звуки очень отдаленно похожие на речь. Парни отпрянули, да голосок у меня, как у двери, скрипящей на сильном ветру. Я принял сидячее положение и попытался вспомнить вчерашнюю ночь. Ничего. Вообще ничего кроме здесь и сейчас. Кажется, я сделал только хуже.

Дретгор осторожно помог мне подняться.

– Ну, как?

– Не знаю, все очень странно… - И вдруг на меня навалилось столько воспоминаний сразу, что голова казалось сейчас развалится от обилия информации. Я обхватил черепушку руками и со стоном рухнул на колени. Боль быстро отступила, прошлое выстроилось вряд. Я спокойно обвел взглядом друзей и улыбнулся:

– Ну, вот теперь ничего рассказывать не нужно. Похоже, это я могу вам напомнить многие с трудом забытые факты. А неплохо мы вчера повеселились.

Еще бы! Когда мне наскучило пялиться на пьяных гномов, я решил спросить у Крола, что такого в Лейле, что он её так уважает. А поскольку пешком двигаться мне оказалось затруднительно, то я полетел. Друзья петляли где-то внизу.

У дома Крола мы остановились. Соваться за ограду было безумием, и мы это хорошо понимали, даже сквозь пары зеленого змия. Поэтому я телепортировался прямо в спальню. Дело в том, что дом был одним из многих таких же, построенных для учительского состава, приглашенного со стороны. И был мне знаком до последней форточки еще с пеленок. Например, я знал, что если направить боевой шар в первое левое окно ближе к середине, то он пройдет насквозь здания, срезав крюк, на котором висит канделябр со свечами в главном зале.