Нет уж! Ненавижу провинцию, и все, что к ней прилагается. Ну, кроме родни, наверное…

* * *

На подписанном аккуратным почерком титульном листе, лежащем поверх толстой пачки бумаги.

Сволочи!!!!

Мне завернули магистерскую тему!

Ненавижу!

А если конкретно, попечители перегибают. Лицемеры, трое из них точно в перевороте участвовали.

* * *

На свитке пергамента с золотым обрезом, в углу которого еще сохранилась половинка восковой печати, запечатывавшей его.

Издеваются! Это предложение просто смешно, но выхода-то нет. И у меня, и у милорда ректора. После того, как случились эти беспорядки, часть алхимиков из Школы сама поувольнялась, а прочих убрали, как неблагонадежных. Осталось всего трое, двое молодых сопляков, да старик-заведующий.

Ну и я еще буду, до кучи. В приграничье не хочется. Я и так чуть ли не на болотах почти шесть лет проторчал. Глухомань жутчайшая, только волки да дикие Охотники составляли мне кампанию.

Ненавижу. Просто так.

* * *

На обрывке помятого плотного листа, исписанного пером, забрызганного чернилами.

Как все плохо-то. Я сегодня новую программу получил. Кого они хотят из алхимиков сделать? Смесь лекаря и гримера, наверное. Все сложные, смешанные, сколько-нибудь опасные зелья и даже просто полезные удалены из нее! Теории больше чем практики.

Обжегшись на молоке, они дуют на воду, глупцы.

Ненавижу!

* * *

На прошлогоднем расписании, исчерканном до неподобающего вида промокашки.

Я, похоже, здесь надолго застрял. А кафедра алхимии превращается в место, куда лорды и прочие обыватели отсылают своих бесталанных потомков. За плату.

Ненавижу студентов. Тупицы и лентяи в большинстве своем.